Patri.ru - Письма и дневники

31. Говорили о сем авве Феодоре: бывши в Скиту диаконом, он не хотел принять диаконского служения, и скрывался в разных местах. Старцы опять привели его, говоря: не оставляй своего диаконского служения. Авва Феодор отвечает им: дозвольте мне, и я помолюсь Богу, если откроет Он мне стать на место стать на место моего служения. Молясь Богу, он говорил: если есть воля Твоя, чтобы стал я на место мое, то открой мне. И явился ему огненный столп от земли до неба, и был глас: если можешь быть как столп сей, то поди - служи. Услышав это, Феодор рассудил никогда не принимать на себя диаконства. Когда пришел он в церковь, братия принесли пред ним раскаяние, говоря: если ты не хочешь служить, по крайней мере держи чашу. Но он и сего не принял, говоря: если вы меня не оставите, то я уйду от места сего. После сего они оставили его.

Древний Патерик. Глава 15. О смиренномудрии

ЯЗЫК ЕСТЬ НЕПОСРЕДСТВЕННЫЙ ОТПЕЧАТОК души народа и вместе его живая история. Древнеславянский лексикон выразил ясно эту мысль, сделав язык и народ синонимами. Язык, как и всякий организм, живет, растет и увядает. В нем происходит постоянно обмен составных частей; одни из них стареют и отмирают, другие, новыя и свежия, вступают на их место и органически сливаются с прежде накопленными запасами слов и понятий. Каждое изменение в народной психологии, каждое впечатление от тех или других событий в исторической жизни страны непременно оставляют свой след в национальном словообороте. Наш могучий, свободный и прекрасный русский язык мог быть создан только великим народом, имевшим широкую душу, славное и величественное прошлое. Музыкальность, гибкость и красота нашего народнаго языка не зависит только от того, что народ жил средри природы, всегда наполненной разнообразными звуками: дыханием ветра, завыванием бури, шумом лесов, пением птиц, ревом зверей, а служит прежде всего отголоском внутренней гармонии, отличающей русскую душу. Русская речь запечатлела на себе певучесть русского сердца. С тех пор, как большевизм принизил, загрязнил и расколол народную душу, лишив ее прежней простоты, цельности и благолепия, и язык наш засорился и огрубел, утратив свойственную ему возвышенность, плавность и художественность выражения. Язык опустошается и бледнеет по мере того, как народ начинает нищать духовно. Он делается грубо плотским и даже почти нечленораздельно скотским, если человек сам ниспадает до животного состояния.