Patri.ru - Письма и дневники

Кто собрал воедино горькие воды? у них тот же конец: временное земное счастье, ради которого делают всё, хотя и неисчислимо разнообразны заботы, которыми волнуются люди. Кто же, Господи, как не Ты, сказал, чтобы “собрались воды в одно место” и явилась суша, жаждущая Тебя; “и море Твое, и Ты сотворил его, и сухую землю создали руки Твои”. Не горечь желаний, но собрание вод называется морем. Ты сдерживаешь злые страсти души и ставишь границы, докуда разрешается дойти водам: пусть само по себе иссякнет волнение их. Так подчиняешь Ты море власти своей, всюду устанавливающей порядок.

Чтобы говорить не приготовившись, надо иметь в голове точную тему, расчлененную на главные мысли. Но главное творчество должно происходить во время проповеди; иначе перегораешь готовясь, и слушающим преподносишь только холодный пепел.

Как абсолютно Твое бытие, так абсолютно и знание; неизменно Твое бытие, неизменно знание и неизменна воля. В бытии Твоем неизменны и знание и воля; в знании Твоем неизменны бытие и воля; в Твоей воле неизменны бытие и знание. Несправедливо, по-видимому, в очах Твоих, чтобы так же, как знает себя неизменный свет, знало его и освещенное им, изменчивое существо. Поэтому “душа моя для Тебя, как земля без воды”, ак не может она сама осветить себя, так не может сама и насытить себя. “У Тебя ведь источник жизни, и в свете Твоем увидим мы свет”.

6. Сказал еще: когда авва Арсений слышал, что все плоды поспели, тогда говорил сам от себя: принесите мне, - и один только раз вкушал, съедая от всех по немногу, и благодаря Господа.

Древний Патерик. Глава 4. О воздержании, и о том, что должно соблюдать его не только относительно пищи, но и относительно движения души

Будем, если можно, непрестанно памятовать о смерти: ибо от этого памятования рождается в нас отложение всех забот и сует, хранение ума и непрестанная молитва, безпристрастие к телу и омерзение ко греху, и почти, если сказать правду, всякая добродетель, живая и деятельная, из него проистекает. Посему будем, если возможно, делать это дело столь же непрерывно, как непрерывно наше дыхание.

Когда я обдумываю, что сказать, почти всегда у меня начинается настоящий процесс богословского и словесного творчества, и сама проповедь, таким образом, становится репродукцией. Значит, надо этот первый процесс совершать вслух, при людях. Но для этого два условия — наполненное сердце и полная простота.

Есть над этой твердью, верю я, другие воды, бессмертные, недоступные земной порче. Да хвалят они Имя Твое, да хвалят Тебя сонмы ангелов Твоих, пребывающих выше небес; им не надо смотреть на эту твердь и узнавать слова Твои с помощью чтения. Они всегда видят Лицо Твое и читают, не по слогам и во времени, вечную волю Твою. Они читают ее, предпочитают и почитают; всегда читают, и никогда не преходит то, о чем они читают. Неизменные советы Твои, вот о чем читают они, предпочитая и почитая их. Не закрывается книга их, не сворачивается свиток их, потому что Ты Сам для них эта книга и пребываешь ею вовеки. Ты поставил их над этой твердью и даровал им силу, да взирают на бессилие народов, что внизу, и познают милосердие Твое, возвещающее во времени о Тебе, создавшем время. Ибо “на небе, Господи, милосердие Твое, истина Твоя до облаков”. Уходят облака, небо же остается; уходят из этой жизни в другую жизнь проповедники слова Твоего, Писание же Твое распростерто над всеми народами до конца веков, “Небо и земля прейдут, но слова Твои не прейдут”, и кожа свернется, и трава, над которой оиа была простерта, увянет с красотой своей, “слово же Твое пребывает вовеки”. Сейчас оно предстает нам не таким, как есть, а как “загадка”, видимая сквозь облака “в зеркале неба”, потому что и для нас, хотя и любимых Сыном Твоим, “не ясно, чем мы будем”. Он разглядывал нас сквозь сети тела, приласкал, обжег любовно, и мы бежим “на запах Его аромата”. Но когда Он появится, мы уподобимся Ему, ибо увидим Его, как Он есть; увидеть Его, как Он есть, Господи, это наш удел, но пока мы им не владеем.

Нам нужно кроме приходов и общей церковной жизни то, что в древней Руси называлось “малой церковью” — т.е. такие сгустки церковной теплоты, малые церкви отдельных семей, где осуществлялось бы общение людей, невозможное в больших, пестрых по составу и текучих приходах. Обязанность священника руководить такими группами, цели которых могут быть разными — изучение Евангелия или церковных служб, обслуживание больных и бедных. Но главное даже не эти задачи, а общение людей друг с другом. Трудно даже представить себе, сколько одиноких и дичающих в этом одиночестве людей живет среди нас.