Книга двенадцатая. 39.
Кто-нибудь из них остановит свое внимание на словах: “в начале Бог сотворил” и сочтет “началом” мудрость, “потому что она сама говорит нам”. Другой тоже остановит свое внимание на этих же словах и поймет “начало” как начальное возникновение сотворенного; как “во-первых создал”.
Среди тех, кто понимает “начало” как мудрость, которой “Ты сотворил небо и землю”, один сочтет, что “небо и земля” означают материю, из которой можно было создать небо и землю и которая получила одно имя с ними; другой - что это уже создания, получившие разную форму; третий - что под “небом” разумеется материя, имевшая форму и духовная, а под “землей” - бесформенная масса телесной материи. Те, кто думает, что “небо и земля” означают еще бесформенную материю, из которой потом образуются небо и земля, и об этом думают неодинаково: по мнению одного, она послужила для создания существ, разумных и чувствующих; по мнению другого - только для этой телесной чувствующей массы, содержащей в своем огромном лоне видимые, воспринимаемые существа. Разно думают и те, кто верит, что “небом и землей” назван мир, уже вполне устроенный и упорядоченный: они разумеют и видимый и невидимый, другие - только видимый: светлое небо и темную землю со всем, что на них.