Patri.ru - Письма и дневники

Также прочел я там, что Слово, Бог, родилось “не от плоти, не от крови, не от хотения мужа, не от хотения плоти”, а от Бога, но что “Слово стало плотью и обитало с нами” - этого я там не прочел.

Я выискал, что в этих книгах на всякие лады и по-разному сказано, что Сын, обладая свойствами Отца, не полагал Себя самозванцем, считая Себя равным Богу; Он ведь по природе Своей и есть Бог. Но что Он “уничижил Себя, приняв образ раба, уподобившись людям и став со виду как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти и смерти крестной, - посему Бог и превознес Его и дал Ему Имя выше всякого имени, дабы перед Именем Иисуса преклонило колена всё, что на земле, на небе и в преисподней, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус пребывает в славе Отца” - этого в этих книгах нет.

Что раньше всех времен и над всеми временами неизменяемо пребывает Единородный Сын Твой, извечный, как и Ты, и что “от полноты Его” приемлют души блаженство, и причастием мудрости, в Нем пребывающей, обновляются и умудряются — это-там есть, но что “в определенное время умер Он за нечестивых, и Ты Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас” - этого там нет. “Ты утаил это от мудрых и разумных и открыл младенцам”, чтобы пришли к Нему “труждающиеся и обремененные” и Он успокоил бы их, потому что “кроток и смирен сердцем” и “направляет кротких по пути справедливости и научает покорных путям Своим”, видя смирение наше и труд наш и “отпуская все грехи наши”. Они же, поднявшись на котурны будто бы более высокой науки, не слышат говорящего: “научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим”. Хотя они и знают Бога, но “не прославляют Его, как Бога, и не благодарят Его; суетны помышления их и омрачилось несмысленное сердце их; называя себя мудрыми, оказались глупыми”.

Разве есть во мне, при всей моей худости, хоть что-либо, что сознательно воспротивилось бы Христу, когда Он придет во всей своей славе? Разве не бросится к Нему неудержимо всякая человеческая душа, как к чему-то долгожданному, бесконечно желанному.

И прежде всего, Ты пожелал показать мне, как “Ты противишься гордым, смиренным же даешь благодать”, и как Ты милосерд, явив людям путь смирения, ибо “Слово стало плотью и обитало среди людей”. Ты доставил мне через одного человека, надутого чудовищной гордостью, некоторые книги платоников, переведенные с греческого на латинский.

Я прочитал там не в тех же, правда, словах, но то же самое со множеством разнообразных доказательств, убеждающих в том же самом, а именно: “Вначале было Слово и Слово было у Бога и Слово было Бог. Оно было вначале у Бога. Всё через Него начало быть и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его”. Человеческая же душа, хотя и свидетельствует о свете, но сама не есть свет; Слово, Бог, - вот “истинный Свет, просвещающий всякого человека, приходящего в этот мир”, и был Он “в этом мире, и мир Им создан, и мир Его не познал”. Того же, что Он пришел в Свое имение, и Свои Его не приняли, а тем, кто Его принял, верующим во Имя Его, дал власть быть “чадами Божиими” - этого я там не прочел.

32. Старец сказал: моли Бога, чтобы Он даровал сердцу твоему скорбь и смирение, наблюдай постоянно за грехами своими, и не осуждай других, но считай себя ниже всех; не имей дружбы с женою, ни с отроком, ни с еретиками. Удали от себя страсть говорить, обуздай твой язык и чрево, и воздерживайся от вина. Если кто будет разсуждать с тобою о каком-либо предмете, не спорь с ним. Если кто говорит хорошо, говори: “да!” Если кто говорит худо, говори: “ты сам знаешь, что говоришь”, и не спорь с ним о том, что сказал он, - и тогда умирится помысл твой.

Древний Патерик. Глава 1. Увещание святых отцев к преуспеванию в совершенстве

<...> Приветствую также <...> С. Смиривыйся до рабия зрака Сын Божий да поможет ему не только хорошо учиться, но и хорошо смиряться. Если же только хорошо учиться, да и при этом нерассудно гордиться, — дело никуда не годится. Одно хорошее учение без смирения, точно на одной ноге хождение. Хотя хромые ходят и на одной ноге с помощью костыля, да такое уж и хождение; мало того, что с большой нуждой ходят, но часто и претыкаются, и восприемлют нередко болезненны язвы.

Кто желает быть всегда мирен и спокоен душой, тот всячески должен смиряться. Без смиренья невозможно иметь успокоенья.

Кто есть в роде сем совершенно освободившийся от страстных помыслов и непрестанной сподобившийся молитвы, чистой и невещественной, - что и есть отличительная черта внутренняго человека?

Сердечно благодарю за образ преп. Серафима; созерцаю его житие и рассматриваю свое пустожитие; жутко делается, иногда готов волосы свои на голове рвать за свое нерадение. Время жития моего в сей юдоли плачевной приближается к концу и бренное мое тело взято из земли и в землю таки опустят. Пишу эти строки и плачу, Господи! Помоги же мне грешному изуверу принести истинное покаяние, подобно тому иноку Селуану, которого я отпевал не так давно, и сподобил причаститься святых твоих тайн, недостойно носящего светлые церковные ризы и именоваться служителем и совершителем божественной литургии, опять плачу. Кончаю писать и ложусь в постель, продолжаю плакать и слезы текут струей. Тишина, огонь погашен, братия улеглась спать, и опять усиленный плач.

Суетный мир продолжает жить своей жизнью, а многогрешное мое тело лежит в холодной могиле, тело взято из земли и возвратится в землю, а дух возвратится к Богу, который дал его, говорит Екклесиаст. А ты что приобрел для будущего века? А! Мученики покажут язвы за Христа, преподобные подвиги, а ты что? Напялил схиму на себя, обещался пред Евангелием и пред братией нести подвиги, а как живешь? Продолжаю плакать. Встал, пошел умылся, нашел огарок свечки, продолжаю писать; написал я тебе безумно, по безумию моему, но не буду безумен, ибо написал свое переживание, а если ты посмеешься - я не посетую на твой смех. А за мою болтовню, ибо я много иногда болтаю, повесил бы замок на мой рот, но в данное время нельзя этого сделать, духовничество и служба препятствуют….

Обращение на себя, автоэротизм — начало всякого греха. Смех (не улыбка) духовно обессиливает человека.

Ты же, Господи, “пребываешь вовек”, но “не вовек гневаешься на нас, ибо пожалел Ты прах и пепел и угодно было в очах Твоих преобразить безобразие мое. Ты колол сердце мое стрекалом Своим, чтобы не было мне покоя, пока не уверюсь в Тебе внутренним зрением. Опадала надутость от тайного врачевания Твоего, и расстроенное, помутившееся зрение души моей со дня на день восстанавливалось от едкой мази целительных страданий.

Постоянная моя мысль — о недоступности для нас Бога, о Его бесконечной отдаленности от нас, о том, что даже когда мы приступаем к Божественной Евхаристии, когда мы принимаем Божественное Тело и Кровь — Господь остается в других мирах, безнадежно от нас отдаленных. Только Божия Матерь “одна из нас”, “рода нашего” с такой легкостью поднялась превыше серафимов; а это было до воплощения Христа; значит, есть возможность близости. Лишь дети, наиболее “детские”, вероятно, близки к Богу; но остальные? Почему нужны такие сверхчеловеческие усилия (подвижники), чтобы из миллионов один увидел ангелов, беседовал с Богом, молился бы, получая ответ? Откуда эта чугунная толща грехов, непроницаемая для Бога, для Св. Евхаристии, для жертвы Христа, для Любви Его.