– Чем отличить пост от обычного времени, ведь теперь почти все одинаково: и пост и нет поста, совсем не чувствуешь поста? (была голодовка).
– Усилить духовный пост.
– Да этот пост всегда должен быть?
– Очень хорошую мысль ты провела, да где уж нам всегда-то, а тут тебя будет мучить, что, мол, я что-то не делаю и скорее будешь поступать как надо.
О ненужности делать усилия в молитве, в любви к Богу могут говорить только люди, не имевшие опыт в этом. Всякое, даже самое слабое, даже вынужденное устремление к Богу дает живой и неопровержимый опыт Его любви. Тот, кто имел этот опыт, уже его не забудет. То же и в любви к людям. Всякая любовь несет удовлетворение и награду в себе самой. В этом опытное подтверждение слов “Бог есть любовь”.
– Батюшка, иногда бывает так тяжело, что хочется к кому-нибудь пойти и заплакать.
– Нет уж, у тебя есть одна помойка – отец Алексей, ты в нее и вали все, а другим не надо.
3.4.1949 г.
Христос посреди нас!
Малодушные минуты бывают не у тебя одной, все люди испытывают эти тяжелые минуты, иногда бывает хоть в голос кричи.
О судьбах человеческих в загробной жизни, мы не можем решать, - его воля. Однако, я не сомневаюсь в спасении православной верующей души, но степени блаженства, конечно, по заслугам каждого человека. Как св. апостол сказал: “Славы разные, иная слава солнцу, иная слава луне и иная слава звездам”. Если какая грешная душа попадает в ад, св. Церковь замаливает за такую душу и Господь освобождает ее из адовых уз. Я грешный верую в церковные молитвы.
По Божией милости я здоров. Храни тебя Господи!
На всенощной, особенно если я не служу сам, мне определенно трудно и даже скучно. Мне скучно и за всех “предстоящих и молящихся”, мне кажется, что они предстоять-то предстоят, но молятся плохо; мне хочется большей близости с ними, действительно общей молитвы, уничтожения этих квадратных метров блестящего паркета между нами, чуждости друг другу. И обратно — как легко служить молебен или панихиду хорошо знакомым людям или таким, в которых чувствуешь добрых богомольцев, когда они стоят близко около аналоя, вникают в слова молитв. Но почему мне легко молиться, когда я активен, и много труднее молча участвовать в чужой молитве? Не тщеславие ли это? Не флуоресценция ли под влиянием чужих лучей?
Отца духовного не слушаешься – значит нет у тебя преданности к Богу. Я тебя молю, ради Бога, следи за собой… ради Бога, будь внимательна… Царствие Небесное нудится, и только употребляющие усилия восхищают его, а ты палец о палец не ударишь.
Если даже стать на точку зрения самого ярого безбожия, то и тогда позиция верующих тверже и вернее позиции безбожия, которое есть открытое банкротство. Не лучше ли все же иметь надежды и обещания, чем не иметь и этого.